Глава 6.

Первым осудили коммуниста депутата городской Думы В. Шнуренко. Я очень внимательно изучил приговор. Так же внимательно ознакомился и с протоколом судебного заседания от 28 декабря 2004 года, иными судебными документами (они мне были представлены в копиях). Судья Первомайского района г. Краснодара (она женщина, не буду называть ее фамилию) признала виновным В. Шнуренко в оказании сопротивления начальнику следственного отдела краевой прокуратуры Ю. Шаповалову и сотрудникам милиции Попову и Яхтулю. Как указано в приговоре, В. Шнуренко 26 августа 2004 г. воспрепятствовал задержанию работниками прокуратуры и милиции председателя городской Думы А. Кирюшина, нанес им несколько ударов локтями и руками, то есть применил к ним насилие, не опасное для жизни и здоровья.
За указанные действия судья приговорила В. Шнуренко к одному году лишения свободы условно и освободила его из-под стражи в зале суда. Казалось бы, оказавшемуся снова на свободе В. Шнуренко радоваться надо, однако он обжаловал состоявшееся решение. И поступил абсолютно правильно, ибо приговор действительно вызывает серьезные сомнения в своей объективности и справедливости, в доказанности вины осужденного. И вот почему.

Задержание А. Кирюшина происходило в его служебном кабинете городской Думы, в присутствии большого числа депутатов и сотрудников аппарата. Многие пришли на место события в силу того, что из приемной главы Думы слышался шум, раздавались крики, а дверь в нее была заперта изнутри. Когда по требованию В. Шнуренко ее открыли, то все стали свидетелями странной картины: А. Кирюшина, которому пошел седьмой десяток лет, держат двое крепких мужчин, на запястьях главы Думы – наручники, и его почти волоком тащат к выходу.

Естественно, очевидцы увиденного, в том числе и В. Шнуренко, стоя у двери, стали задавать вопросы по поводу происходящего, потребовали неизвестных лиц представиться, так как только на Ю. Шаповалове была служебная форма, которую людям несведущим сложно отличить от формы летчика, железнодорожника и прочих гражданских работников.

Казалось бы, чего проще: начальнику следственного отдела предъявить депутатам документы, удостоверяющие личность, а также сообщить, почему они задерживают А. Кирюшина. Уверен, этим конфликт был бы исчерпан. Но не тут-то было. Ю. Шаповалов, которого так и хочется назвать великим провокатором, на все вопросы ответил отказом и тут же вызвал роту милиционеров. Прокурор считал себя представителем власти, а уязвленное, болезненное самолюбие не позволило осознать, что он находится не в пивном баре, а в помещении городской Думы, где перед ним – тоже представители власти, депутаты Думы, имеющие право на получение информации.

Конечно, рота милиции справилась со своей задачей. А. Кирюшина задержали, а потом и арестовали. Что касается В. Шнуренко, то он остался в Думе, на своем рабочем месте. И прокуратура о нем не вспоминала почти месяц.

Почему же В. Шнуренко сразу не привлекли к уголовной ответственности вместе с А. Кирюшиным, если, по мнению краснодарской Фемиды, он совершил преступление?

Это тот самый случай, когда дело шито белыми нитками. Многое объясняется тем, что именно В. Шнуренко стал активно защищать арестованного А. Кирюшина, был инициатором направления многочисленных писем, организатором пикетов около здания прокуратуры, администрации губернатора края. Он, конечно, мешал местной власти тихо и беспрепятственно делать свое грязное дело. И тогда его решили проучить. Вот тут-то и появились на свет рапорты об оказании им сопротивления сотрудникам милиции и Ю. Шаповалову. Спустя месяц. Уже одно это должно было насторожить судью и заставить более скрупулезно и критически отнестись к исследованию доказательств.

Смею утверждать, суд пошел на поводу у следствия и не оценил тех моментов, о которых мы уже говорили. Не захотел спорить с краевой прокуратурой, да и входить в противоречия с судьями, арестовавшими В. Шнуренко и оставившими без удовлетворения его жалобы на действия прокуратуры, – тоже “не захотел”.

Дело В. Шнуренко вообще нельзя было рассматривать до вынесения приговора (обвинительного или оправдательного) А. Кирюшину. События связаны между собой, и обвинение одного строится на обстоятельствах задержания другого. Ну а если А. Кирюшин был бы признан невиновным по всем позициям, как тогда оценивать обвинение В. Шнуренко? Этот вопрос я поставил осенью 2004 года перед одним высокопоставленным чиновником из аппарата администрации губернатора края. Он, не моргнув глазом, выпалил: “Не оправдают!”

Для меня стало ясно: уже все определено, суды получили строгую установку, а рассмотрение дел превращается просто в фарс.

Если бы разбирательство было объективным, то заявления милиционеров гроша ломаного не стоили бы. Но по канве обвинительного заключения суд положил в основу приговора показания Ю. Шаповалова, Попова и еще пяти блюстителей правопорядка, которые даже не явились в зал судебного заседания. Суд просто огласил протоколы их допросов на следствии. А его провели работники нижестоящих прокуратур, для которых “потерпевший”, Ю. Шаповалов, является старшим по должности. Такое трудно себе представить: Ю. Шаповалов – следователь и потерпевший в одном лице. А со старшими в прокуратуре и МВД нынче не принято спорить, тем более отстаивать правду, процессуальную правоту. Поэтому частенько приходится слышать от следователей: нет состава преступления, прекратил бы дело, да начальство не позволяет. Плохо, когда руководители дают незаконные указания, но еще хуже, когда процессуально независимые следователи не хотят этому противостоять и вместо установления истины ломают судьбы невинных людей. Хочу им сказать: не можете противостоять – уходите с работы.
По делу В. Шнуренко были допрошены только “потерпевшие” и сотрудники милиции: торопились, видимо, быстрее направить дело в суд, вокруг которого разгорался скандал. Однако по требованию защиты в судебном заседании все-таки были заслушаны депутаты городской Думы, иные очевидцы произошедшего. Их оказалось пятнадцать человек, и все они подтвердили показания В. Шнуренко, что он не наносил ударов Ю. Шаповалову и работникам милиции. Но судья одним росчерком пера назвал их свидетельства недостоверными потому, что они опровергаются показаниями сотрудников милиции и другими доказательствами. Как все просто и цинично.

К “другим доказательствам” относится только видеозапись событий, которую вели журналисты краснодарского телевидения, ибо медицинского освидетельствования “потерпевших” не проводилось. Пленка была просмотрена в зале суда.

По этому поводу в приговоре отмечено, что на просмотренной пленке видно, как В. Шнуренко “опираясь на косяки дверей и загораживая проход, наносит удар в плечо Яхутлю и локтями в грудь Шаповалова”.