Глава 7.

Изменения госаппарата В. Путин начал с ликвидации уже в первые дни своего правления таких важных, жизненно необходимых федеральных структур, как Министерство по национальным вопросам, двух федеральных Комитетов по делам молодежи и Севера. Однако последующие события в стране, и особенно на Северном Кавказе, массовые безработица и наркомания среди молодежи, распространенность правонарушений в ее среде заставили В. Путина признать ошибочность своего решения. Появилось

Министерство по национальному и региональному развитию, создано Федеральное агентство по делам молодежи и спорту. Но общество уже понесло огромные людские, материальные и моральные потери. Только за последние пять лет из Мурманской области выехало более 106 тысяч жителей. Оголяются северные и восточные территории, богатые природными ресурсами, благодаря которым и живет страна. Поэтому уместно отметить еще одну важную особенность: у В. Путина в силу его неподготовленности и отсутствия стратегического мышления нет глубоко продуманной, взаимоувязанной в основных положениях программы радикального реформирования власти и общества. Даже и после всех лет правления он так и не понял, что вывести экономику из тяжелейшего состояния невозможно без государственного регулирования. Как это делали в США в годы Великой депрессии, чуть раньше в СССР, а затем в Германии, Китае, Японии и других странах. Президент и его команда, опасаясь возрождения советской системы, предпочли ей дикий рынок, криминальную экономику. Конечно, можно и так, авось через несколько десятков лет общество само выйдет на какой-то разумный вариант. Но не слишком ли большую цену мы уже заплатили и еще заплатим за некомпетентность и безответственность путинского правления, ведь балансировать приходится на грани самосохранения... Без мощного государственного сектора в экономике нельзя стабилизировать всю ситуацию на Северном Кавказе и сохранить его в составе России. События последних лет – наглядное тому подтверждение. А как бороться с многомиллионной безработицей, с наркоманией, принявшей чудовищные масштабы, пьянством, детской безнадзорностью? Без создания хорошо отлаженной государственной производственной, лечебной базы, сети учебных и воспитательных учреждений искоренить эти опасные явления не удастся.

Президент и его команда до сих пор находятся в плену ложной догмы, что частная собственность является панацеей от всех бед, что без нее нельзя выстроить нормальные рыночные отношения. В этом они непоколебимы, хотя страну захлестнули массовые злоупотребления и социальные конфликты. Они и дальше продолжают транжирить оставшуюся государственную собственность, вместо того чтобы эффективно ею управлять, организовывать на ее основе надежное производство по решению общенациональных вопросов. Однако надо отметить, что не только не хотят, но и не могут, ибо не знают, как это делать. За доказательствами не надо далеко ходить. Достаточно посмотреть и оценить профессиональный уровень министров, в первую очередь Г. Грефа, советников и помощников президента, руководителей подразделений его аппарата, – и все станет ясно. Приватизация – удобный момент нахождения во власти: ни за что не надо отвечать, достаточно лишь, уподобившись бухгалтерам, считать деньги. Что касается частной собственности. Она, конечно же, имеет право на свое существование. Но и государство не должно стоять на коленях с протянутой рукой и зависеть от нее. А пока приходится констатировать, что государство убежало не только из экономики, но уходит из других традиционных сфер, уступая свое законное место многим отраслевым, финансовым структурам и даже криминальным группировкам. И как следствие этого – на Камчатке из-за дороговизны на хлеб власти вынуждены выдавать пенсионерам льготные талоны. И это после пятнадцатилетнего реформирования страны!

Путинские изменения в отправлении правосудия привели к опасной безответственности судей, серьезной их коррумпированности и разложению всей судебной системы. Это вынужден был признать и президент.
Дальнейшее реформирование Вооруженных Сил обернулось массовым бегством из них военнослужащих: слишком низкой оказалась их социальная защищенность, у гражданских чиновников с этим дело обстоит гораздо лучше. Низкий уровень денежного содержания стал причиной некомплекта 40 тысяч офицеров. Он коснулся всех соединений, в том числе и элитных.

Казалось, совсем недавно, полтора-два года назад, В. Путин перетряхнул МВД и ФСБ страны, ликвидировал налоговую полицию, самостоятельную миграционную службу (опять серьезная ошибка), создал новый федеральный Комитет по контролю за оборотом наркотиков, но желаемого результата не достиг. Сейчас он снова заговорил об очередных перестановках в правоохранительных органах, перераспределении между ними функциональных полномочий и обязанностей.

Весной 2004 года президент под флагом борьбы с бюрократией и сокращением чиновничьего аппарата развернул широкую административную реформу. Пошли “под нож” некоторые министерства, должности заместителей председателя правительства. Но выросло число различных федеральных служб, агентств, количество чиновников. Поэтому на содержание аппарата правительства бюджетных средств на 2006 год выделялось больше в 1,9 раза, чем в предшествующий дореформенный год.

Сама административная реформа во многом дала отрицательный результат. Работа министерств из-за их ломки, реорганизации фактически была блокирована более чем на год, да и сейчас оставляет желать лучшего. В октябре 2005 года В. Путин подписал указ о создании при президенте Совета по реализации приоритетных национальных проектов. Видимо, после административной реформы он окончательно потерял веру в надежность федеральной исполнительной власти, утратил управление происходящими процессами.

С другой стороны, его указ – это очередной реформаторский популизм, как и образование ничтожной, ничего не решающей Общественной палаты, в которой уже замелькали знакомые лица, лояльно-угодливые к президенту. В палате нет и не будет представителей от оппозиции, а без этого она опять декоративное обрамление президентского абсолютизма.

Не хочу быть предвзятым, но В. Путину не удалось решить ни одной сложной задачи, стоящей перед Россией. Заявок на реформы много, но суть одна. Они в силу своей несостоятельности, а в чем-то и незавершенности так и не позволили России вырваться из жестких тисков, выйти на широкую столбовую дорогу в своем развитии. Хотя его сторонники и он сам считают, что страна избавилась от сепаратизма, от задержек по выплатам заработной платы, стабилизировалась политическая ситуация.

Трудно с этим согласиться, а тем более брать в заслугу ликвидацию задолженностей по заработной плате. Все-таки не при крепостном праве живем, хотя и задолженности пока явление не редкое. Болезни общества не лечатся, они загоняются вглубь, смертельно поражая еще живой организм. Вот уже весь Северный Кавказ полыхает огнем. Война из Чеченской Республики перекинулась на соседние регионы. С Кавказа усилился отток русского населения, а Приморье настойчиво осваивают китайцы. Их экспансия грозит отторжением от России всего края. Такая же неблагополучная ситуация складывается в Астраханской области. Очередные столкновения на национальной почве между коренным населением и выходцами с Кавказа, произошедшие в городах Кондопоге, Москве, Самаре, Омске, ряде других мест, со всей очевидностью высветили серьезные провалы в национальной политике, проводимой президентом. Его заигрывание, постоянное потакание, развязывание рук молодому Кадырову, председателю правительства Чеченской Республики, могут привести к новому широкомасштабному конфликту на Северном Кавказе. Но, видимо, В. Путин рассчитывает, что этот конфликт произойдет после его ухода с поста президента, а он останется в истории страны миротворцем.